Разве не очевидно, что повторения мер, предпринятых в 2009 году, будет недостаточно, чтобы сохранить систему от так долго откладываемой перезагрузки?

2019 год станет годом, когда все предпринимаемые меры, которые работали в прошлом, больше работать не будут. Как мы все знаем, Глобальный Финансовый Кризис/экономический спад 2008-09 годов был остановлен скоординированной политикой главных центральных банков мира, в результате чего процентные ставки были опущены почти нуля, на триллионы долларов были куплены облигации и другие активы, такие как обеспеченные ипотечными кредитами ценные бумаги, были открыты неограниченные кредитные линии несостоятельным банкам, то есть в систему была впрыснута неограниченная ликвидность.

Правительства разных стран пустились в долговой загул, расходуя средства, чтобы простимулировать спрос в своих экономиках, а также задействовали другие меры, направленные на то, чтобы перетащить завтрашний спрос в сегодняшний день, то есть побудить домохозяйства покупать сегодня то, что они планировали купить в будущем.

Этот огромный поток дешевого кредита и ликвидности побудил корпорации занимать деньги и использовать их для обратных выкупов своих акций, в результате чего отношение прибыль компании на акцию росло в течение целого десятилетия.

Успех такой политики породил опасную уверенность в том, что все это будет также работать в условиях следующей глобальной рецессии, которая, вероятнее всего, начнется в 2019 году. Но эффективность такой политики определяется траекторией S-кривой экспансии, достижения пика и последующего спада, как и в случае с прочими человеческими начинаниями: в следующий раз предпринимаемые меры лишь усилят экономическую боль.

Глобальная экономика изменилась. Спрос был перетащен в настоящее на десятилетие вперед, в результате чего пул будущего спроса истощился. Беспрецедентные покупки активов, низкие процентные ставки и неограниченная ликвидность раздули гигантские кредитные пузыри по всему миру, образовав так называемый “пузырь всего”, и теперь большинство классов активов коррелируют с политикой центрального банка, а не с фундаменталиями реальной экономики.

Центральные банки, осознавая, что они израсходовали свои опции и истончили финансовые буферы почти до нуля, теперь пытаются нормализовать свою политику, повышая ставки, и ужесточая условия кредитования посредством сокращения своих балансов за счет продажи активов.

К сожалению для центральных банков, глобальные экономики теперь являются наркоманами, подсевшими на нулевые процентные ставки и стимулы монетарных регуляторов, направленные на поддержку рынков акций и облигаций, а также рынок недвижимости. Идея нормализации заключается в том, чтобы постепенно приблизить финансовую систему и экономику к уровням, которые были нормальными в предыдущие эпохи, уровням, которые позволяли некоторым центральным банкам реагировать на спады и глобальные финансовые кризисы уменьшением ставок и предоставлением кредитов неплатежеспособным финансовым институтам.

Но сокращение потока финансового героина не помогло побороть пристрастие глобальной экономики к чрезвычайно мягким финансовым условиям. Скорее, действия глобальных центробанков подчеркнули опасность болезни, которой болеет мировая экономика.

Как только власти предпринимают попытки ограничить стимулы, рынки становятся нестабильными. Вся экономическая структура “богатства” в настоящее время зависит от веры в то, что пузыри активов никогда не лопнут, поскольку любое серьезное снижение стоимости активов приведет к банкротству пенсионных фондов, страховщиков, местных органов власти, компаний-зомби и чрезмерно закредитованных домохозяйств – то есть все тех, чья платежеспособность возможна лишь в том случае, если пузыри активов продолжают расти или хотя бы находятся в стабильном состоянии.

Как же центральные банки могут нормализовать свою беспрецедентную политику, не причинив ущерб пузырям активов, которые они создали? Короткий ответ: у них нет такой возможности. Рост процентных ставок – это благо для сберегателей, но для заемщиков – это смерти подобно, особенно для заемщиков, нагрузившихся большим объемом краткосрочного долга, который им необходимо постоянно увеличивать и рефинансировать, чтобы поддерживать иллюзию своей платежеспособности.

И даже если всего этого было бы недостаточно для запуска рецессии в 2019 году, есть еще непредвиденные последствия потоков капитала. Капитал, как известно, уходит туда, где для него создаются лучшие условия, то есть туда, где он получает самую большую доходность с наименьшим риском, где законы защищают его от экспроприации.

Когда все центральные банки проводили примерно одинаковую политику, у капитала были варианты. Теперь, когда Федрезерв убежал вперед от своих коллег, у капитала осталась лишь одна опция: США. Федеральная Резервная Система должна была начать нормализацию ставок еще в 2013 году, и, если бы они были достаточно мудры, чтобы сделать это, за последние 5 лет они могли бы прийти к нормализации финансовой ситуации.

1-2

Но Бен Бернанке и Джанет Йеллен проспали момент, так что нынешнему руководству Федрезерва приходится проводить нормализацию ставок в гораздо более короткий промежуток времени. Как и ожидалось, ужесточение со стороны американского центробанка испортило вечеринку на рынках активов, и теперь риск схлопывания пузырей становится все более ощутимым.

Но доходности и относительный риск, присущие активам, номинированным в долларах США, начинают казаться намного более привлекательными, чем доходности и риск в активах, номинированных в йене, юане и евро. Потоки капитала, как правило, самоусиливаются: по мере того как капитал утекает из рисковых стран, он оставляет эти страны без инвестиций и трат потребителей.

Владельцы активов замечают эту порочную динамику, и поэтому они решают продать свои акции, облигации и недвижимость и перевести свой капитал в более безопасный регион. Распродажи порождают распродажи, и довольно скоро уже нет никого, кто мог бы подхватить падающие ножи, то есть купить активы, которые быстро теряют в стоимости.

Именно такая ситуация удивила Алана Гринспена (по его собственному признанию) в 2008 году: на распузыренных рынках очень быстро исчезает спрос, то есть пропадают покупатели, и продавцы, которые хотят избавиться от своих активов в обмен на наличные, не находят никого, кто хотел бы расстаться со своими деньгами.

“Выход”, который находит центральный банк, чтобы исправить ситуацию на рынках, на которых отсутствуют покупатели, заключается в том, чтобы самому стать покупателем последней инстанции: когда ни один здравомыслящий инвестор не покупает облигации, акции или недвижимость, тогда центральный банк начинает покупать все, что попадает в его поле зрения.

Мы уже видим реализацию этого сценария в реальности. Так, правительственные агентства Китая начали втихую скупать пустые квартиры в зданиях-призрак, чтобы поддержать китайский рынок жилья. Идея здесь заключается в том, чтобы восстановить доверие на рынке посредством относительно небольшого объема покупок. Но когда рынки разворачиваются, и уверенность теряется, сентимент уже нельзя восстановить так легко: понимая, что у них остался последний шанс, продавцы сбрасывают активы быстрыми темпами, подавляя скромные покупки центрального банка.

В результате центральному банку приходится делать нелегкий выбор: либо позволить пузырю активов схлопнутся и смириться с уничтожением “богатства”, либо выкупить весь рынок. Таковы непредвиденные последствия проведения беспрецедентной политики в течение десятилетия: как и в ситуации ежедневного приема антибиотиков в течение многих лет, в конечном итоге у организма развивается резистентность, и такое “лечение” перестает работать.

Теперь, когда центральные банки раздули пузыри активов до беспрецедентных размеров, $300 трлн. глобальных финансовых активов мечутся в поиске более высокой доходности в стремлении приумножить капитал их владельцев. Какую часть из этих $300 трлн. могут купить центральные банки, прежде чем они дестабилизируют валюту? Какую часть этих активов они успеют купить до тех пор, пока к ним не иссякнет доброе расположение политиков?

Разве не очевидно, что повторения мер, предпринятых в 2009 году, будет недостаточно, чтобы сохранить систему от так долго откладываемой перезагрузки?

Автор:Чарльз Хью Смит

Источник